История одних отношений или другая сторона Европейцев

21.08.18

Эта история, которую я пишу, сидя перед окном спальни своего загородного дома, началась три с небольшим года тому назад и именно с этого дома. 


В начале 2015, когда на Украине шли боевые действия, люди были напуганы, экономика рушилась и стремительно падали цены на недвижимость, я приняла решение вложить все свои накопления в загородный дом под Киевом.  В это же время, я уже 2 года встречалась с иностранцем, гражданином Ирландии, который бросил хорошую работу в Париже и приехал ко мне в Киев, чтобы строить наши отношения. Вначале это льстило, да и когда в стране идет война и я была занята тем, чтобы удержать свой бизнес и сберечь накопления, у меня не было времени задумываться, как я строю отношения с человеком, который уже 2 года не работает.

И так, весной 2015 я начала присматривать дом и вскоре нашла именно тот, который запал в сердце при первом осмотре. Цена была немного выше моего бюджета, но хозяин явно хотел продать этот дом во чтобы то ни стало и за пару месяцев мне удалось сбить стоимость до суммы, не оставляющей сомнений, что дом нужно покупать.

Параллельно с этим, мой ирландский возлюбленный, которому нужно было выезжать с Украины каждые три месяца из-за миграционных правил, сделал мне предложение своей руки и сердца. К сожалению, больше предложить он ничего не мог, но пообещал, что как только получит вид на жительство, устроится на хорошую работу в Украине, или же, в худшем исходе войны, сможет забрать меня в Париж, как свою жену. 

В июне 2015 года, я внесла залог за дом, и мы начали готовиться к свадьбе, которая была назначена к сентябрю, так как, несмотря на длительные красивые отношения с будущим мужем, сделку необходимо было завершить до свадьбы. Все было прекрасно, война в стране утихала, бизнес не развалился, платье куплено, приглашения разосланы, а, в довершение всего, у моей дочери развивались счастливые отношения с ее парнем. Единственным неприятным моментом оказалась заминка с документами на дом, так как до покупки его необходимо было ввести в эксплуатацию. Я встала перед выбором – отложить свадьбу, покупать дом без документов или дождаться документов и покупать дом после свадьбы.

Ну какой же я была бы женщиной, если бы не выбрала последний вариант!

Как человек бизнеса я привыкла терять и проигрывать, но, вступая в брак с человеком, который не вносит ничего материального в семью, нужно было просчитывать разные варианты. Поэтому, мы спокойно договорились с будущим мужем, что подписывая договор покупки мы вписываем пункт, что дом куплен за мои сбережения до брака, и он не может претендовать на него, как на совместное имущество.

История нашей любви завершилась красивой свадьбой сначала в Киеве и через неделю в Ирландии, где наш союз был благословлен в католической церкви, а по возвращении в Киев, подоспели и документы на дом, и спустя пару недель я стала обладательницей не только симпатичного ирландца, но и красивого загородного дома, в котором была самая необходимая мебель, но я, уже привыкшая к определенному уровню комфорта, не спешила переезжать в дом, который нужно было сначала довести до состояния родного дома.

Когда мы создаем семью, мы должны научиться идти на компромиссы. Это легко сделать, когда ты молод и не имеешь за душой ничего, кроме своих планов на будущее, - компромисс необходим гораздо меньших масштабов. Но, когда у тебя за спиной работающий бизнес, недвижимость, взрослая дочь, которая всю жизнь была твоим стимулом зарабатывать и принимать решения, - ты уже не можешь делать большие компромиссы. Не получается быть заботливой женой и слушаться во всем своего нового мужа, когда он тебе говорит, не будь принцессой, мы должны пожить в этом доме в том состоянии, в котором он есть сейчас, чтобы понять, что мы хотим с ним сделать. 

И тогда началась самая большая борьба в моей жизни, борьба меня сильной, состоявшейся, умеющей принимать решения, имеющей достаточно навыков и денег для создания интерьера под свой вкус и благоустройства территории с женщиной, которая захотела быть слабой, податливой и прислушиваться ко мнению мужа.  Я уступила мужу, и мы переехали в комфортный, но незаконченный дом, строить новую семью и думать, что мы хотим сделать в доме.

Это была сложная борьба с собой. Каждое утро начиналось с усилия, никак не получалось наслаждаться первым годом новой семьи, просыпаясь каждый день в незаконченном доме и видя состояние незаконченной стройки на территории, где мое изображение рисовало цветущий сад, бассейн, беседки, но я упрямо пыталась «наслаждаться». Все мои идеи воспринимались с насмешкой, что у меня нет вкуса. Обсуждения где что будет стоять и мои уже более настойчивые вопросы, когда мы к этому приступим, начинали переходить в ссоры. Моя деятельная натура рвалась и не желала мириться с ленивостью мужа, которая становилась очевидной. Человек не хотел работать на кого-то, свой бизнес придумать не мог и его идеи по благоустройству дома сводились к тому, что нужно сохранить все, как есть, пока мы не придем к общему мнению, как мы видим свой будущий дом и выращивать все растения в горшках на небольшой укрытой тротуарной плиткой территории перед домом, трехметровые бурьяны на остальной территории, по его мнению, создавали тень и уют.

За год с небольшим нашей семьи мне удалось продавить идею разбить участок на зоны, и на 6 сотках вокруг дома сделать декоративный сад, газон и клумбы.

Остальной же участок, по нашей договоренности, переходил под решения моего мужа и там он мог экспериментировать со своим видением сада и хозяиничества. Оговорюсь, что на этой территории с началом лета все покрыла двух-метровая лебеда, которой никогда раньше не видел мой европейский муж, и эксперименты с садоводством перекочевали в кадушки на тротуарную плитку вокруг дома, заслоняя магнолии и перголлы с розами.

В это же время мы горячо обсуждали мебель и декор нового дома и, несмотря на то, что только мои доходы могли быть инвестированы в крупные покупки, спор за новую кухню и спальню убил нашу молодую семью.  Я не пытаюсь себя выгородить, наверное, женщине нужно быть мягче и хитрее, я же делала ошибку за ошибкой.

Основная ошибка была к тому времени в прошлом и исправить ее было очень сложно. Мы не спланировали свою семью до свадьбы, я не проговорила то, что мне было важно, что мой муж должен соответствовать мне не только в общих увлечениях, но и в финансах. Мы не договорились, на каком месте мы должны быть друг для друга, а на каком месте остальные члены нашей семьи, наши друзья, работа/бизнес, хобби и личное пространство.

За первый год существования новой семьи, я забросила бизнес, чтобы проводить больше времени с мужем, у которого в Киеве не было других друзей и знакомых. Я почти перестала общаться с родственниками и многими друзьями, которые не знали английского и не могли поддерживать беседу с моим ирландским мужем. Я прекратила посещать международные конференции, так как после появления на нескольких в сопровождении мужа, мне стало не комфортно отвечать на вопросы коллег, почему мой муж не доверяет мне ездить на конференции одной, так как делали остальные и что делала и я, на протяжении двадцати предыдущих лет развития своего бизнеса. И самой болезненной попыткой приспособиться была уступка требованиям ограничить общение со своей единственной дочерью, которая, как раз перед нашей свадьбой, окончила университет в Лондоне и вернулась в Киев на время поиска постоянной работы в Англии, как того требовало миграционное законодательство.

В декабре 2016 мы нарядили новогоднюю елку и готовились к празднованию католического Рождества. У меня гостила мама и ранним предрождественским утром я спустилась на кухню выпить с мамой утренний чай. Возле чайника настойчиво мигал телефон мужа и на экране периодически всплывали полученные сообщения. Взгляд уловил мое имя и, заинтересовавшись, я открыла переписку, так как у нас никогда не подымался вопрос, что телефон - это личное пространство каждого. Пролистав несколько экранов переписки с немецкой подругой мужа, с которой я была немного знакома, я с изумлением узнала, что он в течении нескольких недель обсуждает с ней предстоящий разрыв со мной и что он выжидает подходящего момента, чтобы больнее меня ударить этой новостью.  И этой перепиской он достиг желаемого результата. Да, мы ссорились все чаще, да, мне начало надоедать, что в нашем союзе не соблюдаются мои интересы. Но, несмотря ни на что, я готова была состариться с этим мужчиной и уважала его. Мой карточный домик рассыпался в считанные секунды. Я глубоко дышала и пыталась успокоиться, но понимала, что это уже не имеет никакого смысла. Я взлетела на второй этаж, запустила телефоном в спящего, минуту назад любимого мужчину, второпях собрала чемоданы, кинула в машину собак и маму и уехала в свою городскую квартиру зализывать раны.

Но в конце 2016 я оказалась слабой. Я уступила оправданиям, которые в дальнейшем перешли в обвинения, и на протяжении следующих десяти месяцев мы постоянно сходились и расставались. Страсти накалялись, мы поменяли трех психологов, перепробовали терапию йогой и танцами, съездили пару раз в дорогой отпуск, мне казалось, что я найду выход и верну то счастливое состояние, в котором мы купались два года до брака. Муж даже уступил моим настойчивым пожеланиям его трудоустройства и начал работать дистанционно на Киевский офис международной аудиторской компании.

В ноябре 2017 верный гугл предупредил меня, что я делюсь своими гео-данными в прямом эфире со своим мужем. Это показалось последней каплей для меня, но у моего мужа уже все было готово. Подхватив ключи от моей машины и нашего дома, так как к зиме мы все чаще оставались среди недели в квартире, он взял на поводок собак, подхватил упакованную сумку и укатил в тот самый дом, который нас и разрушил.  А через три дня, в то время пока я все еще сомневалась в дальнейших действиях, в суде было зарегистрировано его заявление о разводе и разделе купленного мной после заключения брака дома, несмотря на подписанный им договор, что он не будет претендовать на дом, приобретенный на мои сбережения до свадьбы.

Вот уже почти год продолжаются судебные заседания. Мой иск о разводе, поданный моим адвокатом по моему месту регистрации был вскоре отклонен, по причине того, что уже существует иск, в котором объединен развод и раздел имущества. Мы давно не общаемся, даже через адвокатов, на суды не ходим, так как наше присутствие ничего не меняет. У нас очень хорошие адвокаты, и именно из-за этого в суд постоянно добавляются новые материалы и рассмотрение которых откладывает принятия решения в чью-либо пользу.
Все это время мой дом был преступно захвачен формально все-еще моим мужем, который при этом поменял замки, не платил по счетам, не пускал на территорию коммунальные службы, периодически пытающиеся отключить за неуплату газ. Не пускал в дом меня, даже когда я приезжала с нарядом полиции, но не решалась выбивать дорогие окна, чтобы попасть в дом, так как все двери были заблокированы изнутри шкафами и досками. Ситуация перешла в криминальный детектив, особенно с учетом того, что у него уже полгода, как закончился вид на жительство и новый он не смог получить, следуя моему заявлению в миграционные службы, что мы разводимся и я не могу гарантировать его пребывание в стране. 

В августе 2018 года полиция открыла криминальное дело на гражданина Ирландии Padraig O’Farrell, и взяла у меня разрешение проникнуть в мой дом для получения от его показаний по захвату моего дома и выяснения статуса пребывания на территории Украины. 
Как и ожидалось, на требования полиции Padraig O’Farrell дверь не открыл, задержание его продолжалось три часа и закончилось выбиванием стекол, вызовом подкрепления, его попыткой побега по крышам, наручниками и доставкой в отдел миграционной службы для выяснения статуса и депортации. А когда полиция уехала, сотрудники миграционного отдела побоялись международного скандала с Евросоюзом, несмотря на всю работу полиции через три часа Padraig O’Farrell был отпущен домой с предписанием уплатить штраф 1500 гривен (меньше чем 50 евро!) за нарушение миграционного законодательства.

В запущенном и полуразрушенном доме его ожидала неудача. Мне удалось успеть сменить все замки, закрыть все окна, собрать два чемодана и мешков 10 его личных вещей, и ожидать его возможного возвращения с охранной службой, у которых были четкие указания не пускать никого на территорию моего дома. Попытка попасть внутрь с помощью соседей, привлеченных за год пребывания в моем доме бесплатным кофе и виски, с помощью вызова полиции, которая не была благосклонна к нелегалу, оказывающему сопротивление при утреннем задержании и подтвердили ему, что он не может зайти на охраняемую территорию, не увенчалась успехом и Патрику пришлось забирать вещи и на время отступить.

Сегодня я пишу эту грустную историю замужества с гражданином Евросоюза, сидя в приведенном моими невероятными усилиями за несколько дней в порядок доме, находясь под физической охраной двух бойцов. А за забором, непонятно какими договоренностями с соседом, поселился Padraig O’Farrell, который кружит по улицам кооператива в ожидании дня, когда иссякнет мое финансирование физической охраны и он опять попытается проникнуть в дом.

Мои счета растут, долги уплачены, за три дня в дом постоянно приезжают мастера и специалисты для восстановления разрушение, спасения сада, уборки территории, вывоза мусора. Дом приобрел жилой вид, я устала, но нахожу время для выезда и на работу, и на свои уроки испанского, танго, йоги и верховой езды. Каждое утро мне кажется, что я не выдержу такого темпа, но я помню, все, что меня не поломает, сделает меня сильнее. 

Кода пять лет назад я встретила Padraig O’Farrell, я хотела быть слабой я хотела доверить себя и все, что мне дорого мужчине, которого я полюбила. Наверное, именно из-за разницы, а значит и не полного понимания чужого языка и культуры, любовь с иностранцем казалась такой яркой. Вначале, когда мне не хватало английского для свободного изъяснения своих мыслей, я заменяла объяснения широкой и приятной улыбкой. Именно эта улыбка послужила причиной тому, что пять лет назад Padraig O’Farrell решил бросить хорошую работу и веселую холостяцкую жизнь в Париже и переехать в Украину строить наши отношения. Но со временем, так как английский был вокруг меня 24/7, язык стал настолько родным, что мне захотелось показать и свой голос и я перестала быть ему интересной. 

Я до сих пор не могу с уверенностью сказать, существовала ли любовь в этой истории или это был холодный расчет гражданина Евросоюза получить легкие деньги с самоуверенной украинки. Так же, как я не могу ответить на вопрос, зачем Padraig O’Farrell продолжает сидеть под Киевом без разрешения на пребывание, с перспективой остаться завтра без работы и места где провести ночь. Наверное, его держит борьбы с женщиной, которую он никак не может сломать, и которая продолжает танцевать танго. Одно только могу сказать с уверенностью, что негодяев, как и хороших людей хватает везде и, что все они плохо закончат. А мы при этом должны оставаться верными себе.

Средняя: 4.5 (22 оценок)
Оценка